помню, как-то после передоза антибиотиками (индийская фармакология, привет!), и последующим за этим глотанием антидепрессантов я решил проветриться и полететь в Париж. В финском аэропорту меня и накрыло: ПАНИКА! ПАНИКА! -- сигнализировал организм. Я понял, что надо по-быстрому причесать мозги, полез в рюкзак и выудил оттуда тоненький репринт дореволюционного издания Эпиктета для гимназистов. Это было самое то... Твердя сквозь зубы "не беспокойся о не зависящем от тебя" и прочие
безумные глаголы эпиктетовские максимы, я погрузил себя в самолет, ну а в париже Эпиктет мне уже не пригодился:)
Эпиктет. Энхиридион (Краткое руководство к нравственной жизни); Симпликий. Комментарий на «Энхиридион» Эпиктета / Пер. с древнегреч., вступ. ст., коммент. А.Я. Тыжова. – СПб.: «Владимир Даль», 2012. – 399 с.«Сократ обрел совершенство благодаря тому, что во всем обращал внимание исключительно на внутренний смысл. А ты хоть и не Сократ, однако, должен жить как человек, намеревающийся стать Сократом». Эпиктет. Энхиридион, LI, 3.
mestr81: Этот текст является уникальным образчиком популярного в античности литературного жанра – краткого сборника максим, предназначенного всегда быть под рукой у изучающего философию, небольшое руководство, к которому можно всегда прибегнуть и которое обновляет в памяти основные максимы данной философской школы
[1]. В книге, вышедшей в издательстве «Владимир Даль», текст «Энхиридиона» сопровождается также впервые переведенным комментарием Симпликия – последнего представителя афинской школы неоплатонизма. Если специалисты-антиковеды дадут свою оценку вышедшего перевода, то мы сосредоточимся на том, что представляет в данном тексте актуальный интерес.
Во-первых, «Энхиридион» Эпиктета даже в большей мере, чем его «Беседы» представляет собой образчик практической философии – в банальном, расхожем значении, как научения правильной, благой жизни, в котором философия подобна скорее популярной психологии или консультациям психотерапевтов. Эпиктет в данном случае весьма показателен, поскольку в отличие от Ранней Стои, ориентирует свое нравственное руководство на повседневные, житейские ситуации, обращаясь к «ученику в философии», давая практические советы, а не выдвигая абсолютный образ «мудреца», «атлета добродетели».
( * * * )